ЗАВИСИМОСТЬ И СОЗАВИСИМОСТЬ

Любая зависимость — это болезнь чувств, предпосылки которой образуются в детстве. Чтобы ребенок мог психологически расти, ему нужны стабильные и зрелые родители, которые показывают ясные ориентиры ценностей и помогают ребенку понять его эмоции. Если ребенок растет в семье, в которой у кого-либо из родителей есть зависимость, ему уже изначально не хватает взрослого, который является его надежной опорой.
  • Гунта Анджане

    Гунта Анджане

    врач-психотерапевт

  • Ilze Maksima

    Ilze Maksima

    нарколог

FOTO: Shutterstock.com

В системе взаимозависимых отношений созависимый является тем, кто берет на себя функцию контролера: куда ты идешь, что ты будешь делать, во сколько ты закончишь работу, когда будешь дома? Когда этот контроль становится тяжким и зависимый чувствует, что он не решает, как ему жить, он впадает в свою зависимость, чтобы избавиться от этого чувства

Оцени себя объективно!

Если в твоей семье у кого-то из взрослых была зависимость, надо сознавать, что у тебя больше риска совершенно неосознанно повторять такую модель отношений. Поэтому в начале отношений особенно важно наблюдать и делать выводы. Поэтому не говори «да» в период розовых очков! Полезно еще профилактически пойти к терапевту, чтобы понять грабли, на которые у тебя может быть тенденция наступать.

 

3 беды ребенка, если у родителей есть зависимость и созависимость

Краткое определение зависимости и созависимости может быть таким: это система отношений, которую образуют двое психологически незрелых людей.

  1. Ни зависимый, ни созависимый родитель сами не могут распознать и управлять своими эмоциями. Таким образом, они не могут научить этому и ребенка. Зависимый от неприятных эмоций бежит в свою зависимость, в свою очередь, эмоции созависимого зависят от действий партнера.
  2. Как зависимому, так и созависимому не хватает здорового самосознания, поэтому они не могут дать стабильное осознание своей ценности ребенку. Можно сказать, что взрослые не знают себя и по этой причине не могут помочь и ребенку осознать себя.
  3. Один родитель погружен в зависимость, а другой — спасает его, и они не могут сосредоточиться на ребенке и замечать его потребности. Оба заняты своими эмоциями и ощущениями, а ребенок в то же время может чувствовать себя одиноким, отвергнутым, малоценным.

 

В результате этих трех пунктов вырастает еще один человек с раненой самооценкой. Следовательно, в последующей жизни ранение требует исцеления: одни находят его в алкоголе, другие — в азартных играх, еще кто-то — в трудоголизме или страсти к спорту. В свою очередь, созависимый «лечит» свое ранение преувеличенной заботой о другом — в таких действиях он видит свою ценность. У обоих одна проблема — ответственность за свою жизнь они взваливают на второго. Зависимый думает: когда другие перестанут вести себя плохо в отношении меня, я перестану пить. Созависимый, напротив, убежден, что чувствует себя несчастным потому, что партнер пьет, играет в азартные игры, беспрерывно работает или зависим иным образом. Когда партнер перестанет это делать, тогда он сможет наконец почувствовать себя хорошо.
У обоих есть что-то общее. Поскольку в детстве родители не смогли сосредоточиться на ребенке, ему не хватало объекта безопасной привязанности, что очень важно, чтобы человек со временем мог стать независимым. Во взрослом возрасте эта нехватка выражается как огромный страх остаться одному. Поэтому нужен партнер — опора. Интуитивно находится другой такой же, с которым можно буквально склеиться вместе. К сожалению, эти отношения красивы только в их начале, потому что в глубине души оба не чувствуют себя достойными любви. Со временем отношения становятся полем боя: пара является не командой, а людьми, которые контролируют друг друга, пытаются исправить и повлиять.

 

Обманчивая уверенность в способности себя контролировать

Зависимый человек говорит: «Я могу пить и могу не пить!», «Я могу играть в азартные игры и могу не играть!» Люди, страдающие от анорексии или булимии, говорят: «Я решаю, есть или не есть». Это обманчивая уверенность в способности себя контролировать.
В системе взаимозависимых отношений созависимый является тем, кто берет на себя функцию контролера: куда ты идешь, что ты будешь делать, во сколько ты закончишь работу, когда будешь дома? Когда этот контроль становится тяжким и зависимый чувствует, что он не решает, как ему жить, он впадает в свою зависимость, чтобы избавиться от этого чувства. Например, в такой ситуации трудоголик еще больше обращается к работе, потому что «это пиление дома невозможно выдержать!».
В зависимых отношениях отсутствуют четкие границы, где заканчиваюсь я и где начинается второй. Где моя ответственность и где ответственность другого человека. Когда зависимый начинает злиться, созависимый чувствует себя виноватым, потому что уверен, что несет ответственность за эмоции и действия другого человека. В целом в этих отношениях хорошо себя не чувствует ни один: чем больше один контролирует, тем больше другой бежит в зависимости и тем больше взаимных неприятных упреков и критики звучит.

 

Типичные признаки созависимой пары

Типичный признак созависимой пары состоит в том, что один из партнеров что-то преувеличенно делает для другого, а также становится эмоционально зависимым от поведения другого. Какой бы ни была зависимость (вещества, процессы, работа, спорт), она требует огромное количество времени, денег и сил. Зависимый фокусируется на том, что дает ему хорошее настроение, оставляя все остальное в стороне. В результате партнер и окружающие от этого страдают.

 

Примеры поведения зависимого человека

  • Семье трудоголика следует считаться с тем, что как только трудоголику предложат какое-нибудь новое задание по работе, трудоголик изменит свои планы на выходные и отправится на работу.
  • Если зависимый фанатично занимается спортом, туда уйдет все его свободное время и ресурсы.
  • Если хорошее самочувствие обеспечивает алкоголь — деньги и время будут посвящены ему.

 

Реклама
Реклама

Что происходит с окружающими членами семьи? Партнеры и дети чувствуют, что им отводят роли второго плана: их чувства, желания и замыслы зависимого особо не интересуют. К тому же диалог тоже не получается, потому что могут быть выдвинуты демагогические утверждения: «Я много работаю для вашего благосостояния!», «Я занимаюсь спортом, чтобы быть здоровым. Ты не хочешь, чтобы у меня было хорошее здоровье?», «Я пью, потому что не могу выдержать твои упреки, ты невыносима/невыносим, и мне ничего другого не остается».
Поскольку созависимый не чувствует границ, которые у другого нет права нарушать, он часто чувствует себя виноватым. Между прочим, самая большая проблема созависимых женщин заключается в том, что они не видят свою ценность вне заботы о другом. Однако как только благополучие второго становится важнее своего, у партнера появляется возможность расширить свою зависимость еще больше.

Когда зависимый начинает злиться, созависимый чувствует себя виноватым, потому что уверен, что несет ответственность за эмоции и действия другого человека.

В какой-то момент у созависимых появляются психосоматические жалобы: сердцебиение, высокое давление, дрожание рук. Таким образом тело и эмоции предупреждают, что нарушена граница: ты находишься на чужой территории, в то время как твоя собственная заросла.
Между прочим, из этого вытекает самая важная рекомендация для молодых пар: создавая семью, договоритесь о равенстве в выполнении различных обязанностей. Опасны те симптомы, когда один из пары регулярно берет на себя различные работы, входящие в обязанности другого человека. Помощь приветствуется, когда второй человек попадает в трудный момент, но это обычно острые состояния. Однако если речь идет о созависимости, там всегда история о партнере, который длительно допускал перегрузку.

 

Период ямы в отношениях

Чтобы избавиться от зависимости и получить опыт других отношений, человеку нередко приходится испытать период ямы, когда он оказывается лицом к лицу с вопросами: действительно ли моя зависимость важнее моего будущего, отношений с любимыми людьми? В свою очередь, созависимому нужно дойти до вопроса: почему события жизни другого человека важнее меня и детей? Только если проблему увидят оба и оба готовы изменить прежнюю модель, можно сохранить отношения и впредь формировать их по-другому. Однако нередко может быть такой нежелательный сценарий: зависимый свой этап ямы пережил, хочет изменить жизнь и поэтому отправляется на терапию. Однако созависимый этого не делает. Потому что ему кажется, что проблема только в зависимом партнере. Он не видит своего вклада в отношениях. К сожалению, созависимые часто чувствуют себя менеджерами, которые всегда знают, что делать самому и другому, и в этом видят свою силу и ценность. Когда партнер лечится от зависимости, созависимый чувствует себя растерянным: что мне теперь делать, когда никого больше не надо спасать? Чаще всего он не хочет это признавать, но он испытывает огромный дискомфорт. И он начинает провоцировать зависимого: «Ну-ну, посмотрим, как долго ты выдержишь без выпивки!» или «Ты действительно сегодня не пил и тебе действительно не хочется?» За неверием в то, что другой может отказаться от зависимости, часто скрывается чувство: мне не хватает моей роли. Нередко созависимый не готов приспособиться к новой ситуации, он хочет и в дальнейшем жить с ощущением: со мной все в порядке, ты — черная овца семьи, потому что ты зависимый! Чтобы отношения изменились, созависимый должен учиться меньше контролировать и больше доверять другому, а также наконец обратить внимание на себя.

К сожалению, созависимые часто чувствуют себя менеджерами, которые всегда знают, что делать самому и другому, и в этом видят свою силу и ценность.

Если оба готовы меняться, в процессе перемен, в свою очередь, важно жить здесь и сейчас, не жаловаться и не винить себя и другого за прошлое — оно прошло, и в нем ничего изменить нельзя. Если есть страх и неуверенность в будущем, уже заранее надо договориться: мы не ожидаем совершенного результата, на этом пути перемен мы позволяем себе и другому ошибаться. Потому что это дает силу пробовать еще раз и избежать чувства стыда и вины, которые не являются лучшими спутниками для перемен.

 

Знаешь ли ты виды созависимости?

Мы часто думаем, что созависимые отношения таковы: в семье один регулярно пьет, а другой его спасает. Но эта модель может быть и другой. Например, взрослый мужчина не может уйти от своей матери. Это тоже созависимые отношения, в которых мужчина чувствует себя ответственным за благополучие своей матери. Или, например, модель взаимозависимых отношений предлагает мужчина, который не пьет, не играет в азартные игры, не трудоголик, но который контролирует свою возлюбленную. Со временем женщина почувствует, что мужчина вкладывает в ее руки ответственность за свое самочувствие. Женщина со стабильной самооценкой это достаточно быстро заметит и убежит прочь! Так же она убежит от парня, который будет чрезвычайно услужливым, заискивающим и будет пытаться прочесть каждое ее желание по глазам: услужливость — это тоже история о контроле другого, только не в агрессивном, а в заискивающем виде. Однако если женщина выросла в созависимой семье, в ней может не зазвучать сигнал тревоги и чрезмерное угодничество она может связать с сильными любовными чувствами.

 

Внимание! От пристыжения до зависимости

Зависимость нередко связана с чувством стыда. Например, ребенка родители стыдят за то, что он не отвечает их ожиданиям. Став взрослым, ребенок может эту модель отношений повторять: пьет, чтобы окружающие его стыдили. Человек неосознанно провоцирует ситуации, чтобы вернуться в хорошо известную историю. К тому же пристыжение нелегко выдержать, поэтому необходим какой-то «утешитель» — алкоголь, наркотики, азартные игры. И круговая пляска продолжается.


Книги, которые помогут понять зависимость и созависимость

  1. Ābrahams Dž. Tverskis. Atkarīgo domāšana. Zvaigzne ABC, 2018.
  2. Мелоди Битти. «Спасать или спасаться?».
  3. Робин Норвуд. «Женщины, которые любят слишком сильно»
    Виестурс Рудзитис. «Дочка палача и ее отец».
  4. Кристофер К. Гермер. «Как пережить трудные минуты жизни».